i’m a mess right now. inside out.
25.07
Мне было 13 или 14, когда отец из поездки привез мне в подарок мой первый mp3-плеер. Заботливый старший братец, имея весьма смутное представление о моих музыкальных предпочтениях в то время, предусмотрительно забил треть из имеющегося несчастного гигабайта памяти плеера "Sehnsucht" Раммов, "Fallen" Evanescence и "Hybrid Theory" LP.
Все началось в тот день далекого две тысячи какого-то.
"Papercut", "By Myself", "One Step Closer" - я гоняла их по кругу, снова и снова, я не снимала наушники ни дома, ни на уроках, я проваливалась в нирвану от мощных гитарных риффов и чуть не молилась на неподражаемый голос Беннингтона. Когда каким-то чудом удалось раздобыть всю имеющуюся на тот момент дискографию группы, я чуть не умерла от счастья и оказалась окончательно потеряна для общества, с головой уйдя в мрачный мир солиста. В песнях я не понимала практически ни единого слова, потому что в нашей школе преподавали только немецкий, но, знаете, это было не так уж и важно, потому что всё понималось на уровне гораздо более глубоком и личном.
В моей жизни не случалось ничего настолько ужасного, о чем сейчас бы я могла сказать: "я была в шаге от края, но его песни не дали мне сорваться". Нет, ничего подобного. Но то, о чем он пел, то, как он об этом пел - это то, что вело меня от подростка с нестабильной психикой к тому человеку, которым я сейчас являюсь. Музыка групп Честера Беннингтона оказала гораздо большее положительное влияние на становление личности, чем сонмы учителей и иже с ними.
Последние 10 с лишним лет песни Linkin Park являются константой моего плей-листа. Да, я больше не слушаю их взахлеб, как раньше. "Линки скатились!", - жаловалась я после выхода "Living Things", не подозревая еще, что заслушаю и этот альбом до дыр, потому что Линки не "скатились", а выросли; так же, как и я; и это абсолютно правильно и всем только на пользу.
Честер научил меня не бояться темноты внутри себя. Научил смотреть своим демонам в лицо и, если и не побороть их, но мириться с их существованием. Честер научил меня, что это нормально - быть слабым, нормально - признаваться в этом, нормально - просить помощи, если она тебе необходима. Понимание этого не формировалось в моей голове годами, осознание пришло внезапно, но как нечто само собой разумеющееся. И, как это обычно бывает, слишком поздно. Я не смогла поблагодарить его за все, что он мне дал. Я никогда не была на его живых концертах, и это ужасно несправедливо, что, прыгая в толпе и крича, срывая голос, с Чезом в унисон, я уже не смогу поделиться с ним теми светом и энергией, которые он дарил мне на протяжении стольких лет.
Сейчас, ставя рандомное воспроизведение, я старательно и аккуратно пролистываю любой трек с участием Честера. Прошло несколько дней, и это уже не шутка. Все по-настоящему. Теперь я понимаю смысл каждого когда-либо произнесенного им слова, и распадаюсь на части каждый раз, думая, что все эти слова, спасшие так много людей, в итоге утащили его на дно. Ни за что не произнесу этого вслух. Невыносима мысль о том, сколько тьмы накрыло его в один миг; так много, что не осталось никаких сил с ней бороться. Приходится постоянно напоминать себе, что теперь он свободен, что теперь ему легко и спокойно без этой бесконечной борьбы внутри собственной головы.
Я бесконечно люблю этого человека. Я не могу выразить, как много он значит для меня. Парадоксально, но сейчас его присутствие ощущается как никогда сильно.
Пожалуйста, друзья, не верьте во все эти глупости. Честер не умирал. Он жив, и он живет в каждом из нас, в каждом огоньке, зажженным им в наших душах. Он обнимает и любит каждого, кто сейчас так скорбит о нем.
И, я думаю, теперь он счастлив.